Воспитание слуховых качеств учащегося-пианиста как специальная четко определяемая задача долгое время пребывало вне поля зрения фортепианной педагогики. Напомним, что в историческом прошлом этой педагогики был длинный период, когда основной, подчас единственной заботой фортепианной методики и связанной с ней преподавательской практики было развитие техники ученика. Понимаемая чаще всего как простая сумма двигательно-моторных умений и навыков, пианистическая техника приобреталась, в полном согласии с доминировавшими ранее воззрениями, путем длительной, автоматизированной до примитива пальцевой тренировки. Вера в многочасовые «выстукивания» и механические повторения как в единственное и универсальное средство выработки техники являлась одним из китов, на которых покоилось учение старой школы фортепианной игры. Собственно, современники и почитатели дактилиона А. Герца (французский пианист, композитор и педагог первой половины xix века) и «руковода» Ф. Калькбреннера (немецкий пианист, композитор и педагог первой половины xix века), воспитанные в духе соответствующих «школ», «энциклопедий» и «метод» (особенно многочисленных и популярных в первой половине прошлого столетия), и не причисляли формирование-развитие слуха учащегося к реестру рабочих обязанностей преподавателя-пианиста.