Но что же вытекает из того факта, что пианисты, во всяком случае преобладающая, явно доминирующая их часть, сопровождают свою игру подпеванием? Это означает, что фортепианное исполнительство как процесс создает благоприятные условия для музыкально-слухового воспитания и развития. Пение — естественный путь формирования звуковысотного слуха; это общепризнано. Коль скоро же звуковысотный слух эффективно формируется в вокально-моторном процессе,— а игра на рояле, повторим, стимулирует интенсивное, хотя более или менее скрытое протекание этого процесса, пробуждает деятельность голосового аппарата,— фортепианное исполнительство по логике вещей должно быть причислено к действенным средствам музыкально-слухового развития.
Однако — и это принципиально существенно — суть вопроса не в одном лишь факте наличия вокально-моторных откликов при фортепианной игре. Нельзя не обратить внимания на то, как, в каких условиях они проявляются, дают о себе знать. Подпевая себе во время исполнения, пианист, по существу, дублирует голосом основной рельеф фортепианного мелоса, «вокально движется» по единой с инструментом звуковысотной канве, очерченной ведущей тематической линией, мотивным узором и т.д.