Выдающийся немецкий музыкант Г. фон Бюлов, польский пианист и педагог Т. Лешетицкий и другие их коллеги из числа творчески мыслящих педагогов-музыкантов.
Однако еще раз подчеркнем, что речь в данном случае может идти ишь об исключениях из господствовавших некогда «правил». В целом же большинство фортепианно-педагогических направлений СУШ—xix веков не связывало решение задач двигательно-моторного характера с одновременным и параллельным слуховым воспитанием, не выказывало специального интереса к такого рода воспитанию.
Положение дел начинает постепенно меняться на рубеже xix— (x столетий, но особенно интенсивно — в первые десятилетия наше-о века. Отвергнув атрибуты старой фортепианной школы (изолированная пальцевая игра, механистичность тренировочного процесса и . д.), пройдя сквозь полосу плодотворных и бурных дебатов, посвященных анатомо-физиологическим предпосылкам игровых движений, передовая европейская фортепианно-методическая мысль приводит в конце концов к утверждению центрального, основополагающего значения слухового элемента в пианистическом действовании, » следовательно — и к пониманию роли слухового воспитаний в пианизме.