Несмотря на то что далеко не во всем философские позиции немецкого исследователя достаточно прочны (а К- Мартинсен, помимо всего остального, и философ), несмотря на то что с отдельных страниц его трудов веет духом мистицизма, являющегося следствием идеалистического мироощущения, наконец, несмотря на очевидную спорность иных его конкретных методических установок, автор «Индивидуальной фортепианной техники...», безусловно, во многом обогатил пианистическую теорию вообще и теорию музыкально-слухового воспитания в пианизме в частности.
Вслед за К. Мартинсеном необходимо упомянуть еще об одной примечательной фигуре в галерее западноевропейских "педагогов и методистов начала века — представительнице венгерской школы М. Варро. Ею также было немало сделано по части теоретического и, главное, практического обоснования слухового метода в фортепианном преподавании. Приняв за исходный момент постулат «играющий должен воссоздавать на инструменте только то, что он ранее слышал и представляет себе внутренним слухом», М.