Исключения из этого правила были немногочисленны и связаны с именами лишь некоторых выдающихся, творчески дальновидных музыкантов-воспитателей.
Но неверная ориентация в обучении представляла собой только одну сторону вопроса. Другая заключалась в том, что рядового любителя музыки учили, как правило, плохо. Действительно, отдавая должное замечательным, подлинно вершинным достижениям отечественной пианистической культуры прошлого, современное музыкознание имеет достаточно оснований, как уже говорилось, для негативной оценки среднего уровня прежней фортепианно-педагогической практики. Изучение соответствующих архивных материалов приводит советских историков пианизма к неизбежному выводу о «примитивности фортепианной методики, характерной для большинства фортепианных педагогов того времени», заставляет говорить об «использовании художественно-неполноценного репертуара, формальных методах раскрытия образа произведения, «изолированной» пальцевой технике и прочих рутинных принципах преподавания, присущих большинству фортепианных учителей конца xix — начала xx столетия».